Новости

«Да здравствует Революция»: непреодолимый экономический кризис в Венесуэле

В августе прошлого года венесуэльская национальная валюта лишилась сразу пяти нулей, самой крупной купюрой тогда стали 500 боливаров. Недавно в Венесуэле появились купюры номиналом в 50 тысяч боливаров. Что происходит в Боливарианской республике на фоне гиперинфляции? И как такое положение дел уже повлияло на иностранные компании?

В августе 2018 года в Венесуэле была проведена фундаментальная деноминация национальной валюты (боливар), которая в результате была «обрезана» на пять нулей. До июня этого года самой крупной купюрой в ходу была 500 боливаров. На сегодняшний день минимальный размер оплаты труда (МРОТ) в Венесуэле составляет 40 000 боливар. На эту сумму можно купить два килограмма говяжьего мяса или три килограмма курицы, а вот купюры в 500 боливаров может хватить лишь на одно яйцо.

За период последних двух лет глубокий экономический кризис в Венесуэле привёл к инфляции гигантских масштабов. В 2018 году её показатель превысил 130 тысяч %. Согласно оценкам Международного валютного фонда, в 2018 году инфляция в стране составила 1,37 млн %, а в 2019 году, как прогнозируют экономисты, она сможет дойти до уровня 10 млн %.

На фоне бушующей гиперинфляции правительство Венесуэлы 13 июня приняло решение вводить в оборот новые денежные знаки. Центральный банк страны уведомил о выпуске купюр номиналом в 10 тысяч, 20 тысяч и 50 тысяч боливаров.

В конце мая Центральный банк Венесуэлы впервые с 2015 года официально опубликовал макроэкономическую статистику, которая до недавнего времени «замалчивалась». Макроэкономическая статистика представила неутешительные данные: за пять лет президентства Николаса Мадуро (исп. – Nicolás Maduro Moros) экономические показатели страны снизились в 2 раза. ВВП Боливарианской республики за период с 2013 по 2018 гг. упал на 52,2%. За девять месяцев прошлого 2018 года экономика страны сократилась на 19,2%. Однако, многие зарубежные альтернативные источники ставят под сомнение официальную статистику и заявляют о том, что она отражает реальное положение дел слишком в «светлых тонах». Безусловно, такой крах страны, не находящейся в условиях военных действий, беспрецедентен в современной истории. Даже после распада СССР Россия в период 1991–1996 гг. потеряла лишь 35% ВВП.

Инфляция в Венесуэле выросла со 180% в 2015 году до 130 000% за 9 месяцев 2018 года. У оппозиционного конгресса другие подсчёты – 1 700 000% за весь прошлый год. Сейчас это самый высокий уровень инфляции на планете. Другие экономические аналитики полагают, что гиперинфляция в Венесуэле пока не достигла исторического рекорда Зимбабве (79 млн %), установленного в начале 2008 года. Правда, такой «рекорд» в 2009 году вынудил африканскую страну совсем отказаться от использования собственной валюты.

На сегодняшний день, официальный Каракас так и не раскрывает размер внешнего долга Венесуэлы. Президент Николас Мадуро год назад заявлял о планах рефинансировать около $100 млрд долгов. По подсчётам МВФ, соотношение госдолга Венесуэлы к ВВП страны должно приближаться или уже превышать 200%.

В условиях глубокого экономического кризиса в латиноамериканской стране возникает вопрос о главных кредиторах Каракаса. По заявлениям финансовых аналатиков, Россия и компания «Роснефть» по-прежнему остаются в числе крупнейших кредиторов Венесуэлы. По подсчётам независимых агентств,  начиная с 2006 года российская сторона одобрила и выдала официальному Каракасу кредитов около $17 млрд.

Как отмечает испанское периодическое издание «El Pais», выручка от продажи «чёрного золота» государственной нефтяной компании «Petroleos de Venezuela» (PDVSA) за годы правления Николаса Мадуро снизилась в три раза: с $85,6 млрд до $29,8 млрд. Однако, данная статистика не отображает новые санкции США, введённые в конце 2018 года.

По показателям на июнь текущего года добыча нефти в Венесуэле снизилась до рекордного исторического минимума – 740 000 баррелей в сутки. Данный уровень добычи даже меньше, чем, например, в соседней Колумбии. Такое положение дел лишает Каракас регионального лидерства и демонстрирует, что Венесуэла больше не входит в топ-20 нефтедобывающих стран мира. В 2013 году она добывала 2,8 млн барреля в сутки и занимала восьмое или девятое место в мировом рейтинге топ-10.

Жёсткие санкции США и ЕС, введённые против Ирана в 2012-2013 годах обрушили нефтедобычу страны значительно меньше – примерно на четверть. Возвращение санкций США в конце 2018 года вызвало практически равный эффект.

Кстати, обращаясь к другим сферам, стоит отметить, что прежде масштабная строительная отрасль Венесуэлы за период 2013–2018 гг. уже практически прекратила своё существование (показатель на июнь 2019 г. – минус 95%). В свою очередь показатели в промышленности сократились примерно на 76%, а финансовый сектор – на 79%. Сегодня мировые экономические обозреватели спорят о будущем венесуэльской экономики и обсуждают возможные выходы из глубокого финансового кризиса. Однако, все сходятся в едином мнении, что современная история не может найти аналогов такого падения в мире. Например, промышленное производство в России в период 1991–1996 гг. сократилось лишь вдвое. И до венесуэльского кризиса этот показатель являлся мировым рекордом.

Стоит напомнить, что с 2003 года иностранная валюта в Венесуэле находилась под жёстким контролем официальных властей. Все операции с ней были запрещены, что тогда сразу же привело к появлению чёрного валютного рынка, где доллар стоил в десятки раз выше официального курса. В августе 2018 года власти либерализировали доллар.

На сегодняшний день такой экономический крах Венесуэлы нельзя объяснить лишь такими внешними факторами, как агрессия и санкции США или международный нефтяной кризис. Выделить лишь одну причину тоже не представляется возможным. Ведь прежде всего, в корне экономических проблем «кроется» глубокий политический кризис, разделивший страну на два лагеря. И пока в Каракасе не наладится политическая обстановка, ждать глобальных улучшений в экономической сфере не приходится.

Добавить комментарий